«Листи до Олександри Аплаксіної» Михайло Коцюбинський

Читати онлайн листи Михайла Коцюбинського «Листи до Олександри Аплаксіної»

A- A+ A A1 A2 A3

Целую голубку. Хорошо ли спала? Не мешала ли гроза? Здорова ли, любит ли меня моя маленькая дочурка?

Я почти всю ночь слушал гром и ливень. Заснул лишь утром и проснулся в 91/*— Едва успел написать тебе хоть пару слов. Мы должны быть счастливы. Сделать тебя счастливой — как это хорошо! Целую тебя. Итак— всю неделю я не поцелую тебя! Утешаюсь тем, что при свидании ты сама захочешь удовлетворить мою потерю. Целую, обнимаю, люблю тебя, мое счастье. До свидания!

Твой.

№ Десны не нашел, голубочка моя9.

37.

[Трэвень 1906 р., Чернігів.]

Здравствуй, мой друг! Как ты перенесла грозу? Очень ли нервничала? Я все время мыслями был с тобой, все успокаивал тебя, ласкал, все заботился, чтобы моей милой было лучше. Доехал я до дождя, а уже дома, под дождем, любовался грозой.

Как это странно, голубка! Когда ты заявляешь мне о своих сомнениях, когда в твоих отношениях я замечаю, как бы недоверие ко мне, мне чуждо чувство досады и раздражения, я, наоборот, замечаю в сердце прилив самых нежных, самых добрых чувств к тебе, мне жаль тогда не себя, а тебя, мне хочется, чтобы ты была счастлива. Как-то мое я, мои интересы отодвигаются куда-то вдаль и я думаю о тебе.

Вчера весь день я был занят, но все-таки жил тобой.

Нельзя ли нам увидеться завтра? Если не завтра, то в среду? Хорошо?

Целую и обнимаю, а люблю больше всего на свете.

Твой.

38.

[Травень 1906 р., Чернігів.]

Голубка моя, я так позорно заспал сегодня, что едва успеваю написать тебе два слова. Прежде всего, целую и благодарю за вчерашнюю записку, которой я очень обрадовался. Еще раз целую за нее. Я здоров, голубочка, голова не болит, работал. Сегодня хочу видеть тебя, если погода позволит. Если нет, то завтра. Тогда все расскажу и поцелую, как хочу, а теперь прощай, сердце, и люби меня так, как я тебя.

Твой комик10.

[Травень 1900 р., Чернігів]

Целую и обнимаю тебя, моя дорогая, счастье мое, солнышко мое утреннее! Все эти три дня я провел очень скверно. Завтра, когда увидимся, расскажу в чем дело. Все время думал о тебе, только и жил тобой, мое сердце. Если можно еще сильнее любить, то мне кажется, что мое чувство, моя привязанность к тебе увеличивается с каждым днем.

Не тревожься, впрочем, думая, что со мной случилось что-либо очень неприятное. Нет, все это пустяки, уже все окончилось. Подумала ли ты обо мне хоть раз, моя детка. Я хотел бы поселиться в твоем сердце и согревать его любовью ко мне. Я верю в наше счастье и мне хотелось бы, чтобы оно было самое яркое, самое сильное, самое большое. Увижу тебя сегодня! Эта мысль огнем сейчас пробежала во мне. Если б можно было поцеловать. Целую тебя хоть заочно, моя милая, радость моя, любовь моя, хорошая, дорогая, любимая. Люблю тебя безумно.

Твой.

40.

[Травень 1906 р., Чернігів.]

Доброго утра, моя милая! Целую. Я сейчас увидел тебя так ярко, до иллюзии. Утро. Ты только что встала и выходишь в столовую в белой утренней блузе. Ты такая свежая, розовая от сна. Смотришь на меня тем особенным твоим взглядом, который так чарует меня и подставляешь губки. Нам весело. Во мне так и поет счастье.

Да, правда: во мне все время, с последнего нашего свидания, поет сказанное тобою: я твоя"!

Как я тебя люблю, как я счастлив, что ты моя, долгожданная, единственная, сильная и хорошая любовь моя! Шурочка, целую тебя больно, больно. Целую, моя ты маленькая женушка, твои милые глазки.

Я хочу тебя видеть. Когда мы будем вместе? Я хочу поскорее. Устрой это, дорогая. Напиши мне. Еще целую.

Твой навсегда.

41.

[Кінець травня 1906 р., Чернігів.]

Голубка моя, боюсь, что ты сердита на меня за то, что я не мог видеться в пятницу с тобой. Я был уверен, что ты уехала и поэтому заранее назначил свободные дни для всякого рода деловых свиданий и занятий. Уведомить всех в тот же день я не успел бы, поэтому поневоле пришлось отказаться от нашего чудного, дорогого для меня свидания. Ты не поверишь, как мне тяжело было отказываться. Все эти дни я хожу сумрачный, как ночь, не нахожу покоя и утешения. С нетерпением ожидаю вторника; ведь только ты, мое счастье, даешь мне душевный отдых и наслаждение. Дорогая, любимая, милая, единственная моя, не сердись на меня.

Ужасно плохо чувствую себя все эти дни. Нехорошо как-то, тоскливо, тяжело на душе. Чувствую громадную потребность в твоей ласке, в твоем поцелуе, хочу слышать твой милый голос. Еще до вторника! А если будет дождь или что-нибудь помешает? Мне жутко становится при одной мысли о каком-либо препятствии.

Как ты провела эти дни? Здорова ли ты, моя родная?

Чувствовала ли ты, что мне так нехорошо? Я по ночам, когда была гроза, все время вспоминал тебяgt; моя чудная.

Люби меня, голубочка моя, будь здорова и счастлива. До скорого (и все-таки бесконечно далекого) свидания!

Целую тебя всю, ласкаю, обнимаю. Моя! Моя голубка! Как сладко звучат эти слова; они и до сих пор не теряют своей первоначальной прелести. Обнимаю. Люблю.

Твой.

42.

[Початок червня 1906 р., Чернігів]

Очень я рад, сердце мое, что ты завтра еще не уезжаешь и.

Благодарю тебя, милая, за обещанное завтра свидание. Это для меня сюрприз. Если бы только ничего не помешало. Я всегда беспокоюсь и объясняю это только очень сильным желанием видеть тебя. Вчера я вечером был занят, не гулял, и сегодня у меня болит голова. Но все это, конечно, пустяки.

Здорова ли ты? ( )

Голубка, мне кажется, что твой адрес не полный. Разузнай, как называется деревня, в которой будешь жить, и сообщи мне. Ты знаешь, я немного боюсь твоей поездки. Теперь на селах неспокойно, возможны аграрные движения. Правда все это чрезвычайно интересно, но если бы тебе как-нибудь случайно не досталось. А, впрочем, везде теперь опасности.

Целую тебя, Шурочка дорогая. Люблю тебя, живу тобой. Ты мое дорогое счастье, пташечка ты моя. Еще и еще целую.

Твой.

43.

9. VI 1906. [Чернігів.]

Дорогая моя, милая! Я до сих пор никуда не уехал. Не получаю от друга своего ответа 12 и не знаю, могу ли поехать к нему. Быть может, придется выехать в другое место, а куда — пока и сам не знаю. Конечно, я сейчас напишу тебе, как только решу, куда поеду. Досаднее всего, что пока я не выеду из дому, не могу получить от тебя письма, т. к. это было бы небезопасно для твоего письма, оно могло бы попасть не в мои руки. Все время я бесконечно тоскую по тебе. Еще первые день-два, под впечатлением нашего последнего свидания, когда я был так счастлив, я был сравнительно спокоен. Но потом начал скучать, тосковать, мучиться. Я помню твой совет — не скучать, хотел бы исполнить твое желание, но право это не удается мне. Я так привязан к тебе, я так люблю тебя и рвусь к тебе душой, мое солнышко! Хуже всего, что я не могу работать. Несколько раз пытался приняться за рассказ — и все не нахожу нужного спокойствия. Все думаю о тебе, как твое здоровье, хорошо ли тебе, весела ли ты, думаешь ли обо мне. Огорчает меня, что нескоро получу от тебя письмо. Не огорчайся, сердце. Обещаю тебе употребить все усилия, чтобы несколько успокоиться и отдохнуть. Дни у меня проходят пока в чтении, мыслях о тебе, в купаньи.

Как ты доехала, голубка? Поправился ли твой глаз? (Мои милые глазки, целую вас!) Весело ли тебе? Что делаешь, что думаешь, поправляешься ли? Что бы я дал за самую маленькую весточку о тебе, мой милый друг! Моя ты нежная голубка, сердце мое, чудная моя Шурочка! Целую тебя. Целую от всего сердца, так горячо и крепко, как люблю. Я весь наполнен тобой, как губка водой, я всегда ношу тебя с собой, где бы я ни был, что бы ни делал.

Хотел бы, чтобы и ты носила меня с собой, чтобы мы были одним неделимым существом. Мечтаю о том времени, когда мы будем неразлучны. Обещаю тебе, что ты никогда не пожалеешь, что полюбила меня. Буду охранять тебя от всего неприятного, как самое дорогое, самое близкое существо. Я тебя безумно люблю, мой ты северный цветочек, детка моя

милая. Целую тебя тысячи раз. ( ) Чувствуешь ли?

Обнимаю крепко, крепко— Жди письма. Еще целую.

Твой навеки.

44.

]7.VI Киев. 1906.

(Продовження на наступній сторінці)